Category: эзотерика

это я

эпичный долбоеб

Это, блеать, надо читать. И наслаждаться.
Проханов. Когда-нибудь его возьмут в Палату мер и весов как эталон долбоебизма.

"Фашизм, вскормленный либеральным Западом, взлелеянный банкирами Америки и Европы, победил в Киеве, захватил Львов и Ивано-Франковск и напал на города Левобережья. Война, которую ведут Донецк и Луганск, Одесса и Николаев, Днепропетровск и Харьков, — это война с фашизмом. Фашизм, невзирая на падение Берлина и Нюрнбергский процесс, вновь возродился и пошёл на Восток, вздымая руку в фашистском приветствии, устраивая в украинских городах крематории и газовые камеры.

Новое государство, рождённое в схватке с фашистским животным, выполняет грандиозную миссию. Одно, без внешней поддержки, без Красной Армии и сибирских дивизий защищает мир от фашизма. Не только себя, но и всё человечество, и Россию, которая, словно околдованная, остановившимися глазами смотрит, как гибнут под пулемётами ополченцы Славянска и Мариуполя.

Война на юго-востоке Украины — это вторая Испания, где фашизм пробует на зубок человечество. Только эта борьба ведётся без советских танкистов, лётчиков, без добровольцев, переплывавших в Испанию по Средиземному морю.
Зверства, которые устраивают фашисты в городах Украины, ритуальные казни, что они вершат в Одессе и Мариуполе, весь этот чудовищный фашистский театр, которому позавидовала бы Лени Риффеншталь, рождает в народе новые очаги восстания. Пробуждает в молодых и старых генетическую память, которая соединяет их с гигантским океаном мистической светоносной энергии. Сочетает их с поколением великанов, опрокинувших навзничь фашизм. Новое государство вырастает из деяний великой победы. Здесь, на пространствах Донбасса, действуют законы народной войны, согласно которым каждый выстрел врага, каждая смерть героя, каждый акт фашистского насилия рождает реакцию отпора и ненависти.

Война, которую ведёт Украина с фашизмом, приобретает черты народной священной войны. У этой вой­ны не существует общего железного штаба, нет иерархии командиров. Это война сетевая, где каждый город и каждое селение, быть может, каждый квартал и дом — штаб, центр сопротивления. И такое сопротивление неодолимо, какие бы танки ни насылал Киев на восставшие регионы. В этой войне каждый погибший мученик рождает десяток героев. Каждая разгромленная баррикада рождает укрепрайон. Лидерами народного восстания становятся те, кто прошёл казематы, кого пронзили пули, кто услышал гулы истории и стал провозвестником великой победы...

У государства Новороссия — громадная история, которая погружает его в таинственные толщи древнего славянства, греческих полисов, скифских курганов. На этих землях и на землях Крыма возникла первозданная мистическая сила, которая породила весь русский мир — от Чёрного моря до Балтики, от Карпат до Урала. Здесь рождались религиозные мыслители, изощрённые политики, смелые полководцы... Культура Новороссии — это Гомер и Лев Гумилёв, Бабель и Пушкин, Сковорода и Вернадский.

...Схватка с фашизмом — это космогоническая война сил света и сил тьмы, сил любви и сил ненависти, рая и ада... Могучий парад Победы, прокативший по Красной площади свои громадные ракеты, танки, взметнувший в кремлёвское небо эскадрильи могучих самолётов, этот парад слышали на баррикадах Славянска и Мариуполя. Нас всех связывают чёрно-золотые ленты Победы.
"


Гомер как уроженец Донецкой области, а? Фоменко в истерике рыдает в общественном туалете, и сердобольная уборщица отпаивает его водичкой.
"гигантским океаном мистической светоносной энергии" - это вообще напоминает мне годы юности в научном издательстве. Периодически к нам приходил пожилой графоман. У него была легкая форма шизофрении. Он писал статьи про воспитание патриотизма у юного поколения. Почему-то параноики и шизофреники очень часто пишут про воспитание патриотизма. Поверьте мне, у меня богатый опыт. Я была руководителем отдела в издательстве 7 лет.

Так вот, дяденька-шизофреник-графоман приносил нам улетные статьи. Одна из них начиналась, как сейчас помню, бодренько: "В наши дни, когда жизнь обнаружена уже на всех планетах солнечной системы..." Океаны мистической светоносной энергии там тоже наличествовали. А также грандиозные миссии, священные войны и мировой заговор, ради разнообразия - манихейский.
Я узнаю этот стиль.Шизофреническая муза снова на марше.
это я

(no subject)

На моих руках остывает золото августа, от шеи к груди переливается свежий загар.
В голове ясность, в душе  яблони  склонили ветви до земли под тяжестью смуглых плодов.

Лучшее время года -  когда созрел и собран урожай всех трудов, сомнений, дорог и новых знаний. Когда видны все открытые двери. Когда после отдыха ты вдруг понимаешь, что любуясь фьордами Норвегии и валяясь на песочке в Хайфе, ты  незаметно для себя сделал скачок на какой-то новый уровень. Когда перестаешь тратить половину своей энергии на  подавление страхов и вдалбливание самой себе мантры "У меня все получится".

***
Неделю назад я еще плавала в Средиземном море - теплом-претеплом. Моя кожа до сих пор помнит поцелуи жаркого израильского солнышка, щекочущие пузырьки прибоя на плечах, надежность рук, которые меня обнимают.
Был полдень, в его белом южном сиянии. Сильная и коварная волна сбивала меня с ног и пару метров протаскивала к берегу, наподдавала в спину, переворачивала вверх тормашками, а иногда отвешивала здоровенного мокрого леща. Это бывает, когда гребень волны ссекается как раз там, где находятся твои плечи и голова.
Я отплыла подальше от линии прибоя. Водяные холмы лениво перекатывались подо мной - поднимаешься на верхушку и у-ух! скользишь вниз.
Я легла на спину, и вдруг почувствовала, как теплая, нежная вода кусочек за кусочком смывает с меня весь тот защитный панцирь, который нарастал грязноватыми пластинками аж с 2010 года. Этот панцирь защищал меня от боли - и от доверия. Помогал отключить страхи, острое чувство одиночества - и яркое ощущение полноценной жизни. Был как толстое, запыленное стекло, сквозь которое я видела мир. А мне казалось - так и должно быть. Я уже успела забыть, как это - жить на все 100%.
Пластинка за пластинкой, чешуйка за чешуйкой его смывали и растворяли волны. И покидая этот старый тесный кокон, я закричала в небо: "Я здесь!"

***
В холодном воздухе  даже не запах осени, а его предчувствие. Я выслеживаю осень, как гончая, по незримому следу. Вчера я выяснила, что она прячется в чуть тронутых ржавчиной листьях кленов. Уже сейчас, в эти дни там зарождается тот самый горьковатый запах, который мы будем глубоко вдыхать в сентябре и октябре, шурша листьями в парке и глядя в прохладно-голубое, высокое небо осени.
А сегодня я видела, что осень уже выслала первого лазутчика. По-крабьи семеня по чистому тротуару, мне перебежал дорогу первый кленовый лист.