Category: музыка

это я

ЧУВСТВО РИТМА

В конце концов, приживемся мы или нет на новом месте - зависит часто от сущих пустяков, глупостей и мелочей. От легкого, на грани слышимости, звона волшебного треугольника, позволяющего вдохнуть - и попасть в правильный ритм. И задышать вместе с новым городом или страной, а тогда уже все начнет получаться: язык, работа, друзья, тонкая настройка, ощущение себя своим здесь и сейчас.

Город или страна - это не только транспорт-улицы-магазины-язык-ментальность-экономика. Это в первую очередь вот это смазанное, трудно уловимое, как дыхание. Самое важное.

***

В Хайфе на набережной есть колоннада. Пять бетонных колонн, за которыми каждый день надежно и успокаивающе в море садится солнце. Есть хоть что-то постоянное в этой стране: закат за пятью колоннами. Перед ними полукругом сцена, дальше зеленый амфитеатр - несколько террас газона, где вечно все загорают учатся и занимаются йогой.

По субботам вечером на колоннаде собирается секта барабанщиков. Неизменно, как закат.

Они все - взрослые солидные люди с бородами и животами. Некоторые даже, можно сказать пожилые. Они никогда не собирают денег, не раздают визиток какого-нибудь клуба. Они просто собираются здесь на закате солнца, чтобы постучать себе в кайф в свои барабаны.

Они подходят к этому серьезно. Я сижу на зеленой траве и смотрю большие там-тамы, на главную связку из четырех барабанов, на профессиональную ударную установку у человека в белой шляпе-борсалино.

Солнце садится в море и загорается первая звезда. Они барабанят страстно, с полной отдачей погруженные в свой завораживающий ритм. Он как воронка, втягивает всех, кто проходит мимо. Вот и я уже постукиваю пальцами по каменной ступени, на которой сижу.

Над там-тамами летают руки мужчин и женщин. Кто-то, не ломая общий ритм, сворачивается и уходит, кто-то приходит и вливается. Кто-то отбегает за кофе и возвращается с пластиковым стаканчикими для себя и соседки. Иногда крайний слева дяденька, круглый, с венчиком длинных седых волос вокруг лысины и профилем брюзгливого сома, поднимает руки в перчатках и свистит в свисток, сигналя к перерыву.

Этому невозможно не поддаться.
Первыми у тебя начинают двигаться ладони.

Потом ритм бежит от пальцев к локтям, от локтей к плечам, от плеч к бедрам. Если не ухватишься за ноги, будет как с этим человеком в вязаной кипе, в рубашке в унылую полосочку и с мятым лицом офисного неудачника. Он танцует в стороне - нелепо, так неловко, что поневоле думаешь - первый раз в жизни. На лице у него изумленное и какое-то извиняющееся выражение: мол, что поделать - затянуло, вот и танцую, люди добрые.

Танцуй-не танцуй, сопротивляйся-не сопротивляйся, а этот ритм уже разливается у тебя под кожей, и вот оно, думаю я.

Вот оно.

Момент, который хочется впечатать в янтарь памяти, подсветить мгновенной вспышкой и запомнить в нем всё.

...И высокого, сухощавого дядьку с узким, жестким лицом норвежского путешественника, за центральными барабанами, сурово и требовательно глядящего на всех остальных, как дирижер на свой непутевый оркестр. Оркестр, скажем, продолбал ноты и пропил тромбон, и глаза бы уже на них не смотрели, но куда же от них денешься, негодяев, свои ведь, родные.

...И бородатого мужика, похожего на Хемингуэя, в цветастой тропической рубашке. "Хемингуэй" барабанит, задрав локти, победно поглядывая на зрителей.

...И улыбчивую женщину в цветастой блузке, которая откидывает назад темные волосы и слегка высовывает язык от старания, как будто вышивает.

...И бритого мускулистого парня с лицом наемного убийцы, колотящего в там-там, выпятив челюсть, с таким видом, как будто это его секретное киллерское задание: застучать там-там до смерти. Он вертит головой, у него напряженный, жесткий рот, и капли пота сбегают по шее под воротник.

...И эту худую девушку рядом с мной, с тонкими запястьями, сильными ногами, бритой налысо головой, с чеканным, напряженным профилем сокола, охотника, стрелы.

Девушка садится позу лотоса и смотрит на барабанщиков.

И я тоже где-то там, растворилась среди них всех, в своем цветастом платье, с облезающими от солнца плечами.
Неважно, что вы меня не видите.

Я - там.



это я

ох, порвало. аняняня и классическая музыка в одном флаконе

У нас дома теперь все ходят и мяукают душераздирающими голосами. А все из-за этой изящной музыкальной шутки. Лютое няняня и классическая опера в одном флаконе - "Кошачий дуэт".
Знаменитый номер, верный "бис" любого вокального концерта, забавная пьеса для двух голосов, где есть только одно слово - "Мяу!" На сцене ее интерпретируют и как семейную ссору между котом и кошкой, и как перебранку двух кошек-соперниц, и даже как дуэт двух котят-англочков.

А в общем, это пародия на дуэты в итальянских операх. И долгое время ее авторство приписывали Россини. Но где кошки - там всегда немного хитрости и загадки. В действительности, знаменитый итальянец лишь косвенно причастен к созданию этой прелестной вещицы - он тоже пал жертвой мистификации.
А дело было так.
Жил-был в начале 19 века в Англии адвокат Роберт Лукас Пирсолл. И разбил его апоплексический удар, ибо мужчина был он видный собой и полный, судя по сохранившемуся портрету. После чего он задумался о жизни, решил бросить грязное адвокатское дело, переехать в Германию и заниматься тем, к чему лежала душа, - писать музыку.
Мы не знаем, каким он был адвокатом, но в музыке, как говорят критики, из него получился композитор-дилетант. Большинство его произведений так и остались неизвестны миру. После смерти его быстро забыли. Вернее забыли бы, если бы не одно-единственное, шуточное произведение - "Дуэт кошек".
Его ноты появились в 1825 году, под псевдонимом Г.Бертольд. Пирсолл опубликовал их под вымышленным именем по очень простой причине: это произведение - почти полностью обработка чужой музыки. Первая часть взята из шуточной "Кошачьей каватины" датского композитора Вейсе. Вторая и третья - сперты у Россини, из оперы "Отелло". Что особенно забавно - там есть фрагмент из дуэта Отелло и Яго.

И пошла гулять по свету шутливая, изящная вещица. Вот ведь как бывает. Толстый серьезный человек всю жизнь занимался серьезными делами, выступал в судах, вел тяжбы. Но кто теперь об этом вспомнит? его обессмертил в истории блестящий пустяк, музыкальное озорство.

Вот католический французский хор мальчиков исполняет "Кошачий дуэт" в Сеуле. Два солиста - черненький и беленький - просто прелесть! Темненького пробивает на хихи, а беленький парнишка - кремень!



Смотришь, и такое ощущение, будто это отчетный концерт хора в музыкальной школе - такая теплая, добродушная, семейная атмосфера, веселое ржание из зала, хитрая улыбка солиста. А это, повторюсь, французский хор выступает в Корее.
Все таки у человества есть много общего, того, что объединяет нас всех, независимо от цвета кожи. Например, смех. Да и "Мяу" на всех языках мира звучит более-менее похоже.


А вот этот же дуэт исполняют Монсератт Кабалье и актриса Конча Веласко



Передача "Абсолютный слух" - об истории и мистификациях вокруг "Кошачьего дуэта"
это я

(no subject)

"Вторая ария оруженосца" из рок-оперы "Тампль" - как золотой огонь, разгорающийся в груди. Мы сегодня с Инелькой пели её,  и  наш деревянный дом отвечал голосам, как гулкий корпус гитары.

Зачарованным Каем на снегу бьюсь над проклятым словом.
Расцветает ли роза, мой сеньор, нынче в вашем окне?
Кто натаскивал гончих, мой сеньор, в ожидании лова?
Кто останется бел там, где праведных нет?
Но были ранее мы с тобой одно.
Я твоими руками бью хрусталь.
Я твоими губами пью вино,
Я твоими глазами вижу сталь
Прополосканных ветром плащаниц.
Кровь рассвета, как рана на груди,
Припорошена пеплом
Сизокрылых синиц.

Коронованный пламенем, лети. Стало белое алым.
Медный колокол дня докрасна разогрет.
Проиграв королевство, мой сеньор, не торгуются в малом
На последней заре, на последней заре.
Это сладкое слово, мой сеньор, было вовсе не "вечность".
Смерть поставила парус, мой сеньор, на своем корабле.
Вы же поняли тайну, мой сеньор, вы составили "верность"
И дождетесь меня на библейской земле.

Там, где были с тобою мы одним,
Я твоею рукой сжимаю стяг.
Твоим горлом кричу "Иерусалим!",
Я твоими глазами вижу знак
На нагих и молчащих небесах,
Где сияет, открытый всем ветрам,
Опрокинутой чашей
Наш нетронутый храм.
это я

Дидель весел, Дидель может песни петь и птиц ловить…

Эту песню Никитиных могу слушать часами.
И каждый раз чудо происходит в один и тот же момент.

В бузине, сырой и круглой
Соловей ударил дудкой
На сосне звенят синицы
На берёзе зяблик бьёт


На этих словах, меня накрывает волной - зеленой, синей, пахнущей лесом, морем и миром! Да, миром. Как будто весь огромный весенний мир, щебечущий и посвистывающий на тысячу голосов. Солнечный. Пахнущий клейкими юными листиками бузины и березы. Касающийся меня музыкой, запахом молодой травы, теплым солнечным лучом на щеке ветром шершавостью коры, теплотой деревянного пола в босые ступни.
Да, вот этот мир, понимаете? Он на несколько секунд умещается в груди – и вдруг обратно становится огромным и принимает меня в свои ладони…

И пред ним, зеленый снизу, голубой и синий сверху
Мир встаёт огромной птицей –
Свищет, щелкает, звенит!

Багрицкий написал замечательные стихи, не спорю. Но Никитины сделали больше - вложили в них ощущение вечноживой тайны, чуда неизбывного.
Life is a miracle.
И у меня в груди делается, как в Кельнском соборе на закате: просторно, радостно, очень нежно и надежно. Рокочут волны органа, и солнце проходит сквозь витражи, и прекрасные лица рыцарей и королей светятся живым золотом.
это я

где-нибудь на остановке конечной скажем спасибо и этой судьбе (с)

Как-то немножко не везёт.
Хочется тихонько сидеть, пить вино и слушать печальный голос Булата Окуджавы.
 Я устала от того, что сказки кончаются слишком быстро. Только и всего.
Разумеется, всё хорошо и только к лучшему.
Не расставайтесь с надеждой, маэстро, не убирайте ладоней со лба...

 

это я

(no subject)

Когда мне хорошо или просто нейтрально, я слушаю много всякой разной музыки. Но когда приходят плохие вести, плейлист неизменен.
Therion-плавится тяжёлым золотом ангельского хора.
Бетховен-рвется на части, страдает и горит не сгорая бессмертная огненная душа. Феанор в музыке.
Олег Медведев. Просто чувствует похоже, но гораздо крепче духовно.
А что вы слушаете, когда вам больно?
Collapse )